Личная жизнь Ермолова

Ермолов не заботился о личном счастье так настойчиво, как о своих солдатах. Его собственная интимная жизнь оставалась бедной и представляла собой как бы вынужденную уступку природе и ее требованиями.

Он не разрешал себе поступиться воинской службой и долгом даже ради возможного личного счастья. Единственное, что мог позволить себе этот удивительный человек, было заключение не связывающего его христианскими пожизненными обязательствами кебинного брака.

У мусульман жены разделялись на кебинных, которым по шариату назначалась при бракосочетании известная денежная сумма, часто с разными вещами недвижимым имуществом, и временных, пользовавшихся только деньгами, оговоренных при заключении брачного условия. Кебинная жена имела перед временной еще те преимущества, что после смерти мужа, если он умер бездетным, она получала из его наследства четверть, а если оставались дети – восьмую часть. Дети от кебинных и от временных жен считались одинаково законными.

Не решаясь на церковный брак, Ермолов поступил в строгом соответствии с обычаями, господствовавшими среди мусульманского населения.

В 1819 году, псле разгрома Ахмед-хана Аварского у Балтугая, Ермолов прибыл в дружественную Тарку. Здесь ему понравилась молодая татарка Сюйда, дочь Абдуллы, с которой он заключил кебин и которую оставил беременной, поручив перед выездом в Тифлис на попечение жены шамхала Тарковского – Пиржан-хакумы.

Сюйда родила сына Бахтиара, получившего при крещении имя Виктора, и два года спустя приехала к нему в Тифлис. Малолетнего Виктора Ермолов отправил в Россию, чтобы потом отдать его в кадетский корпус. Сюйда не пожелала оставаться без сына в Тифлисе, по прошествии года с почестью и подарками воротилась в Тарку и впоследствии вышла замуж за Султан-Алия, от которого имела троих детей.

Другую кебинную жену Ермолов взял во время экспедиции в Акушу, в секлении Кака-шуре. Приехав туда в сопровождении шамхала акушинского, он увидел дочь кака-шуринского уздея Ака, по имени Тотай, девушку редкой красоты. Тотай была представлена Ермолову и произвела на него глубокое впечатление. Тогда же он изъявил готовность взять ее в Тифлис при возвращении из похода. Но едва он выступил в Акушу, как девушка была выдана замуж за своего односельчанина Искандера, чтобы воспрепятствовать Ермолову увезти ее в Грузию.

Однако горцы не были знакомы с решительным характером главнокомандующего.

Возвращаясь из Акуши, Ермолов отправил сына шамхала в Кака-шуру с поручением во что бы то ни стало привезти Тотай. В момент похищения девушки ее отец находился на кафыр-кумыкских мельницах, где молол пшеницу. Вернувшись домой и узнав о происшедшем, он, не слезая с лошади, помчался вслед за русским отрядом и настиг его в селении Шамхал-Янги-Юрте. Ему указали дом, в котором находилась его дочь. Ака отправился туда, но переводчик Ермолова Мирза-Джан Мадатов не допустил его к Тотай, объяснив, что она ни в коем случае не может быть ему возвращена, причем вручил ему перстень, серьги и шубу дочери.

При заключении кебинного брака с Тотай Ермолов дал ей слово, что прижитых от нее сыновей оставит себе, а дочерей предоставит ей.

Тотай жила с Ермоловым в Тифлисе около семи лет и родила ему сыновей Аллах-Яра (Севера), Омара (Клавдия) и еще одного, скончавшегося в самом нежном возрасте, а также дочь Сапинат (Софью-ханум). Сыновей Ермолов отдал в кадетский корпус, а дочь оставил жене, когда был отозван с Кавказа, Тотай отказалась от предложения принять православие и уехать с ним в Россию. Она возвратилась на родину и вышла в последствии замуж за жителя аула Гили, от которого имела еще двоих детей. Ермолов назначил ей ежегодное содержание – триста рублей, а дочери – пятьсот.

В последствии Александр II повелел признать сыновей Ермолова, получивших хорошее образование, потомственными дворянами и его законными детьми. Все они достойно пошли по стопам отца, - окончив артиллерийское училище, были произведены в офицеры и безупречно служили в русской армии.

Оценка статьи:

[Голосов: 1]