Повесть о споре жизни и смерти.
Увидев её, смиренная моя душа сильно устрашилась. И спросил я смерть: "Кто ты, лютый зверь? Очень уж страшен облик твой: вид у тебя человеческий, а поведение звериное".
Ответила ему смерть: "Пришла к тебе, хочу тебя взять".
Говорит тогда человек тот: "Да я не хочу, я тебя не боюсь".
Смерть же ему в ответ: "О человече, почему меня не боишься? Цари и князья, и воеводы, и священнослужители меня боятся. Я славлюсь по всей земле, а ты меня не страшишся".
Говорит ей человек тот: "Ведь я удалой воин, в ратном деле многочисленные полки побеждают, а в одиночку ни один человек не может со мной сразится, ни выйти против меня. А ты ко мне одна пришла и всяких орудий со мной много носишь. Нет в тебе удали, только страшна: облик твой пугает меня, и все во мне трепещет, когда смотрю на тебя. Уходи от меня прочь, пока не пронзил тебя мечом своим".
Тогда говорит ему смерть: "Я ни сильна, ни хороша, ни пригожа, а вот сильных и пригожих забираю. Вот что скажу я тебе человече, послушай меня. От Адама и до сегодняшнего дня сколь много было богатырей удалых, и ведь никто не осмелился со мной сразиться, да и не знаю никого, кто бы со мной сразиться мог. Да еще скажу тебе, послушай меня: от Адама и до сегодняшнего дня сколь много было людей, царей, князей, и священнослужителей, женщин и девиц, - всех их я забрала. Самсон сильный, не богатырь ли был, не сильнее ли тебя был? Так говорил он: "Если бы было кольцо в землю вделанное, то я бы весь мир повернул". А я и его взяла. Александр, царь македонский, удал и храбр был и всему подсолнечному миру царем и государем стал, а я и его взяла, как одного из убогих. А царь Давид среди пророков пророк, а я и его взяла. О человече, не мудрее ты царя Соломона - царь Соломон разумным и мудрым был, да и тот со мной не смел поспорить, а я и его взяла. Да знаешь ли ты, человече, что я, смерть, - не взяточница, богатства не коплю, нарядных одежд не ношу, а земной славы не ищу, потому что не милостива - с детства не приучилась миловать: и я не милую, не делаю отсрочки ни на минуту, а как приду, так и возьму"
И говорит человек тот: "Госпожа моя смерть, будь благосклонна ко мне".
И говорит ему смерть: "Не возможно это, человече, потому что ко всем моя благосклонность одинакова: какова к царю, такова и к князю, и к священнослужителю, и к богатому, и к бедному. О человече, если бы я собирала богатства, то столько набралось бы у меня богатства всего мира, что и сказать нельзя! Потому как, человече, что хожу я, аки тать в нощи, никого не предупреждая, ибо, человече, слышала, что говорит Господь в Евангилие: "Остерегайтесь, ни один из вас не знает, когда тать придет в дом его; если бы знал, крепко бы стерег и не дал проникнуть в дом свой". Так и ты, человече, знай: берегись смерти каждый час, пока я не пришла за тобой. А теперь, человече, неоткуда ждать тебе помощи, потому что, человече, - "В чем тебя застану, в том и сужу", - говорит Господь".
Сказал тогда человек тот: "Госпожа моя смерть! Разреши мне, госпожа, пойти в город и покаяться".
Ответила ему смерть: "Нет, человече, не пущу тебя, потому что многие люди так же говорят: "Господи, отпусти меня, что бы покаяться", - я отпущу, чтобы покаялся, и он, освободившись, поступает по прежнему, а про меня забывает, думает, что с ним ничего не случиться. Уже, человече, жизнь твоя пресекается, близок конец твой, а солнце твое зашло".
Тогда человек это начал рыдать, плакать взахлеб и много жалобных слов произнес. И говорить он: "Госпожа моя смерть, разреши, госпожа, пойду и приготовлю сорочку и саван и все другое необходимое для погребения тела моего".
Говорит ему смерть: "Нет, человече, не отпущу тебя".
И начал человек рыдать и стенать в сердечной тоске, так говоря: "Ох, ох, ох! Смерть - злодейка, кто тебя может избежать? Увы, увы, мне, не готов я, о горе мне, грешному, пришел за мной неумолимый злодей! По праву, дано ей имя смерть, о, немилосердная злодейка!"
Смерть же, подступив к нему, подсекла ему ноги косой и, взяв серп, схватила его за шею, взяла маленький топор и начала отсекать ноги, а потом и руки. И иными орудиями стала дробить все части тела моего, одними одни, а другими другие члены тела моего, и окоченели жилы мои, и вырвала она двадцать ногтей моих. И отнялся язык, и омертвело все тело мое, не мог никак пошевельнуться от страха перед всеми орудиями, которыми терзала она меня. Потом взяла топор острый и отрубила голову мою. После этого налила чего - то в чашу, а чего - не знаю и не ведаю, и дала мне пить против моего желания. Так ведь, братья, столь горько и тошно в то время что и описать нельзя беду эту великую.
И исторгнул мою душу, и стремительно вылетела душа из меня, из тела моего, как птица из тенет. И тотчас прекрасные юноши взяли душу мою на руки свои и держали её, а оглянулся назад и увидел тело мое, лежащее бездушно и неподвижно, как если бы кто нибудь снял с себя одежду свою и бросил её и стоял бы и смотрел, на нее, так и я видел тело свое, очень грустным, от которого, как от трупа, исходил ужасный смрад. Так же как кто ни будь испустил из себя нечистоты и, гнушаясь их, отбежал прочь, и мертвая человеческая плоть омерзительна. Аминь.
Ресурс: Виртуальная школа БАКАЙ
Статья: Повесть о споре жизни и смерти.
Опубликовано:03/02/2005
Автор:ВШБ
Читателей:1160
Статья: Повесть о споре жизни и смерти.
Опубликовано:03/02/2005
Автор:ВШБ
Читателей:1160
